Вверх страницы
Вниз страницы
http://forumfiles.ru/styles/0012/51/c8/style.1355474336.css
http://forumfiles.ru/styles/000b/ee/ba/style.1334055168.css
http://forumfiles.ru/styles/000b/e1/d8/style.1355701467.css

Fushigi Yuugi: Возрождение Вселенной

Объявление

Документ без названия

Администрация


Hattory, Kouden, Шунки


Полезные ссылки:

Время и погода:
Реальный мир:
Начало августа, жарко и солнечно
Мир книги:
Середина апреля. В Конане цветет сакура, солнечно, тепло, уже почти лето. В Куто порой идут дожди, весна здесь немного припозднилась, но деревья также, как и в Конане в цвету. В Сайро стоит жара, здесь практически никогда не бывает холодно. В Хоккане чуть теплее, чем обычно, но все еще много снега.

Для участников:

Приветствую Вас всех, мои друзья! Пусть дальше пишется о нас легенда!


ВНИМАНИЕ ВСЕМ ФОРУМЧАНАМ!

Убедительная просьба в своих профилях СМЕНИТЬ ПОЧТУ НА ДЕЙСТВУЮЩУЮ! Иначе через месяц вы НЕ СМОЖЕТЕ ВОЙТИ В СВОЙ АККАУНТ, и, увы, мы ничем не сможем вам помочь. "Спасибо" нововведениям администрации сервиса.

Для гостей:

Приветствую Вас, чужестранцы. Скорее заходите в эту книгу!
Дорогие наши гости! Временно регистрация на форуме доступна только по приглашениям. Получить приглашение вы можете в теме
Приглашения

Для пиара:

Коль хочешь стать рекламною страницей добавь и нас в свой мир, о чужеземец. Рекламы правило одно у нас такое. Твой образ здесь Реклама - это имя. И шифр твой 1234 будет.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Покои императора

Сообщений 1 страница 23 из 23

1

...

0

2

----казематы

Разбойница все еще пребывала в темноте бессознательного состояния, когда стражники, вместо того, чтобы, как и положено, заковать арестантку в кандалы, не зажигая факелов, тихо, не проронив ни слова, вынесли ее из каземата и куда-то понесли. Стража общалась знаками. Мужчины, минуя основные коридоры, скрылись в тайном проходе, о котором знали лишь самые доверенные люди императора. Каменный тоннель, казалось, будет бесконечным. Камни и факелы, факелы и камни. Стражи шествовали все также не роняя звуков. Путь их завершился у неприметной двери в стене, из-за которой вырвался непривычно сильный сноп света, после полумрака тайного хода. Стражы гуськом вошли в дверь, за которой оказалась обширная комната со множеством стиллажей, очагом, над которым висело несколько котлов и в каждом кипела вода. Помещение насквозь пропахло травами и лекарствами.  Несколько столов со всяческими мед.принадлежностями, пустой стол, используемый по всей видимости для операций, далее был проход в лазарет. Разбойницу уложили на одну из кушеток. Немолодой мужчина в просторном светлом кимоно, с удивлением воззрился на ни с того ни с сего решившую его почтить своим визитом стражу:
-Чем обязан?
-Этой девушке нужна помощь.-ответствовал один из стражников.
-С каких это пор разбойников принято тащить к личному императорскому врачу?-в голосе лекаря не слышалось гнева, он был человек не злобливый и отзывчивый, но событие действительно было несколько щекотливым - он вполне мог бы спуститься в казематы и сам, если уж на то была такая нужда, либо отправить команду медиков рангом пониже, но что делать осужденным во дворце?
-О ней просил позаботиться окашира.
Врач вздернул голову, глядя пристально на говорившего, затем кивнул головой:
-Хорошо, я позабочусь о ней.-он не стал расспрашивать, если бы было о чем рассказать, ребята бы его просветили-Он..-палец врача указал на пол. Стражник кивнул.
-Девушка в положении, осторожнее с ней.-сказав, стражник, а за ним все остальные соучастники снова скрылись в проходе тайного хода. Медик проводил их взглядом и быстро вышел в смежную комнату:
-Эйто, Суоко, я буду занят, проследите, чтобы никто мне не помешал.-послышался его голос из соседней комнаты и врач вернулся обратно, плотно прикрыв за собой дверь. Мужчина занялся осмотром девушки, прощупывая тело, чтобы выявить повреждения, прослушивая дыхание, иногда качая головой. После беглого осмотра, медик решил срезать остатки одежды с разбойницы. Повернув бесчувственную девушку на бок, он вспорол ткань шелковой рубашки на спине (доспехов ее лишили еще на входе в казематы). Ткань с легкостью расползалась под острым скальпелем, открывая смугловатую кожу спины, кое-где покрытую сейчас синяками. Лекарь собрал шелковые лохмотья, подивившись, как и Хаттори когда-то, откуда у разбойницы тяга к таким непрактичным, дорогим тканям? Девушка издала стон, шевельнув головой, волосы, укрывавшие спину плащем, заструились, оголяя плечо, на котором красовался застаревший шрам, словно крыло бабочки и родинку у основания шеи. Врач застыл, глядя на открывшееся его глазам. нет, его заинтересовала не нагота разбойницы, а именно шрам и пятнышко на шее. После минутного разглядывания этих атребутом, лекарь поспешил разуть разбойницу. На ступне обнаружился уже практически сошедший давнишний след от ожога. Скай непомнила, откуда он у нее. но императорский медик все отлично помнил. Мужчина резко вскочил и метнулся к двери, затем снова к девушке, прикрыв ее покрывалом, он выскочил в соседнюю комнату, а затем и в коридор. Вскоре оттуда послышался топот множества ног, шум, гам, все нараставший..

..Джун поморщилась, головка разбойницы метнулась из стороны в сторону, реснички затрепетали, открывая вишневые глазки. Джун снова зажмурилась. Возвращение в реальность было несколько болезненным. Голова гудела и болела после удара, перед глазами мерещились какие-то глюки. Разбойница схватилась за голову, сжимая виски, а потом всеже заставила себя открыть глазки, потом снова закрыла, хорошенькопротерла их и снова открыла. Но видение не исчезло. Девушка снова поморщилась, восстанавливая в памяти все, что случилось с ней. Она должна была быть сейчас либо в тюрьме, либо в логове, но никак не в богатейших покоях и на огромной кровати. Джун подскочила, но тутже рухнула обратно, так как комната вдруг завращалась, а в глазах потемнело. Девушка снова медленно открыла глаза. На ней были дорогие одежды, вся обстановка вокруг..
-Я что, умерла?..-осипшим голосом прошептала девушка. Все вокруг было настолько нереальным, что проще было поверить в смерть. только она никак немогла вспомнить, как именно попала на тот свет. Рядом послышалось какое-то движение и кто-то взял ее за руку. Джун подняла глаза и резко отпрянула, отпрыгнув на другой конец кровати, прикрывшись одеялом. и тут же позеленела-приступ тошноты заставил ее ладошками зажать себе рот и скрючиться на кровати. Когда приступ немного отступил, разбойница подняла глазки на разодетого мужчину, что попытался взять ее за руку:
-Кто вы? И что здесь.. черт возьми.. происходит?!-возмутилась она, снова борясь с приступом тошноты.

+1

3

*начало*

Этот день не предвещал ничего нового, как и все предыдущие. Аяме, как обычно, поднялся еще до рассвета, на туалет и легкий завтрак времени много не ушло, как обычно, проверка приготовленных докладов, просмотр вестей с границ. Вести были не утешительные. Горцы продолжали бунтовать, откровенно выказывая свое несогласие с последними принятыми пактами. Ещебы, отдать исконно хокканские земли Куто было верхом глупости. Но тогда Аяме так не считал. Тогда он был уверен, что поступает как лучше. А на деле вышло.. Он давно понял и осознал сотворенную своими руками страшную ошибку, но как исправить то, что натворил, попросту не находил выхода. День ото дня его не покидали мысли о Хоккане. Как вернуть земли и не ввязать свою империю в войну? Вести с границ Конана были прескорбны. Юг в первом же сражении понес потери. Даже несмотря на слухи об убийстве императора Куто (что до сих пор никак подтверждено небыло-были рассказы очевидцев, о том, как сошлись на поле боя две дружины и как император юга пронзил мечом императора Куто. Но до сих пор в Куто небыло объявлено траура, никто не готовился к похоронам. Значит, скорее всего, что слухи были ложными) и приостановку войны, нельзя было расслабляться. но Аяме невидел выхода для Хоккана. По всему выходило, что придется сражаться. но выстоит-ли Хоккан против такой огромной мощи, которую представляла собой Куто, да еще и с настолько сильным хранителем во главе? О хранителях Гэнбу пока ничего известно небыло. Еще и род Тегиру активничал, уже едва-ли не в открытую выступая против него и его политики. Много проблем, решить которые не представлялось возможным. Те люди, которые могли помочь разобраться с ними оставили его. Вернее, он сам с ними рассорился. Все были упрямы, все были горячи и радели за благо Хоккана. Но, столкнувшись лбами не смогли удержать себя в руках. Тех же, кто остался подле него была всего-то малая кучка, их совместных усилий хватало только на то, чтобы удерживать империю от полного краха и готовой вот-вот начаться междоусобицы. Каждыйй день, терзаемый этими мыслями, Аяме метался по дворцу, внешне оставаясь спокойным и даже равнодушным ко всему, внутри же ежеминутно переживая тысячи проблем. Наряду со всем этим, в его душе до сих пор жила давняя боль, со временем не утихшая ни йоту. Он все также страдал, изо дня в день переживая потерю жены и дочери. Все во дворце напоминало о них, каждый цветок в старинных вазах, каждое дерево в саду, каждый гобелен. Везде, всюду, куда бы он не пошел, он видел перед собой светлый образ Сюсуй. Вот, она улыбаясь, оглядывается на него из-за поворота коридора, вот собирает цветы в оранжерее, не доверяя это дело слугам, ведь этими цветами она украшала свои покои для одного единственного, для него.. Вот он снова слышит легкие, семенящие шаги маленькой дочки.. Все эти призраки прошлого рвали душу на части. И этой болью он ни с кем не мог поделиться. Император должен быть сильным. Сколько лет прошло в безплодных поисках. Хоккан был прочесан едва-ли не каждым сантиметром, все, все подворотни, самые темные места были облажены разведчиками. И ничего. Девочка как сквозь землю провалилась.. Озабоченный всеми этими проблемами Аяме и в этот день встретил рассвет как начало очередной пытки, продолжения метаний в тщетном поиске выхода. День, как ни странно, всеже принес свои плоды. Была наконец-таки взята кокурейджинская банда, много лет не дававшая покоя Хоккану. Сколько времени за ними охотилась королевская гвардия и все никак немогла подобраться и вот наконец-таки, им повезло! И в стане бандитов нашелся предатель. Но, как уже успели доложить императору, в схватке с бандитами, гвардия понесла огромные потери. Император был несколько шокирован такими новостями-как могло всяческое отребье настолько потрепать отборных солдат Хокканской армии? Аяме лично пожелал разобраться в этом деле. Не каждый день ловят "неуловимых мстителей". иначе просто эту банду назвать врядли получалось, так как в выборе жертв разбойники были очень избирательны, даже подозрительно избирательны. Аяме подозревал, что не все так просто и чисто с этими бандитами. В этом предстояло тщательно разобраться. Расследованием конечно же займутся определенные люди, но Аяме хотел лично познакомиться с представителями банды. Темболее что, как сообщали рапорты, бандой руководил женатый разбойник! Вообще ни в какие ворота. Когда разбойники женились? И когда в банде вообще жили девушки? Обычно эта братия довольствовалась борделями после удычных операций, а тут вишь, жена. Непонятно и странно. Но разборка с разбойниками должна была состояться вечером. Сейчас же у императора были и иные дела. Аяме не изменял некоторым привычкам, заведенным еще с самого его детства. В определенные дни он совершал объезд близьлежащих к Торрану территорий. Это правило оставалось неизменным всю его жизнь, темболее Сюсуй, когда еще была с ним, еще до трагедии, очень одобрительно относилась к этому. Утренние дела были сделаны, личный советник уже оставил его. Аяме уже собирался крепить на себя выходной доспех, когда в его поки без стука, влетел его личный лекарь, Аяме даже возмутиться не успел, как тот, рухнув пред императором на колени, выдохнул одно единственное слово, которое заставило императора вмиг позабыть о нарушении субординации и превратиться в слух:
- Принцесса!..
Аяме почувствовал, как дрогнула рука, державшая нагрудник, а сердце пропустило один удар.
- Нашлась..-лекарь запыхался, видимо торопясь донести весть до императора. Аяме уронил доспех и хватанул лекаря за плечи, хорошенько труханув его:
- Где?!!! - лекарь, не став восстанавливать дыхание, поспешил собрать себя в кучку и. подскочив на ноги, дернул императора за рукав следом за собой. Аяме не протестовал. Все сейчас было не важно, какая к чертям субординация, когда.. Лекарь и император опрометью пронеслись по коридору, позабыв про степенность и достоинство, сбивая попадавшихся по пути людей, те в шоке смотрели им вслед, размышляя над тем, что видимо император и так бывший в неахти какой форме и вовсе из ума выжил. Но могло-ли сейчас это волновать Аяме? Влетев в лекарский покой, взгляд Аяме заметался по комнате, наконец нашарив прикрытую покрывалом фигурку на кушетке, император недоверчиво оглянулся на лекаря. память Аяме хранила образ маленькой улыбчивой девочки, он совершенно не думал о том, что за эти годы она может ТАК вырасти. лекари хмыкнул в кулак, подошел ближе, отвернув край покрывала и продемонстрировав в се признаки, но Аяме не глядел на них. Его взгляд был прикован к лицу, один в один повторявшего до боли родные черты почимвшей жены..
- Как она.. Сюсуй..-Аяме зажмурился, проведя ладонью по лицу и сглатывая горький ком. В груди было тесно. Убрав руку от лица, он рванул ворот царственного одеяния, чтобы немного облегчить себе дыхание. Но это мало чем помогло. Аяме каснулся волос, словно не веря в реальность происходящего, словно опасаясь, что это может оказаться сном. Очнувшись от первого шока, его величество вдруг узрел синяки на коже девушки:
-Почему она?..-нахмурился император, опасаясь озвучить скользнувшую ужасную мысль. Лекарь замахал руками:
-Она жива. Она была доставлена с разбойниками. - лекарь предусмотрительно смолчал о том, при каких обстоятельствах Джун попала в лазарет. Врядли его величество будет интересоваться сейчас этими подробностями. и действительно, Аяме интересовало сейчас только то, что с его дочерью и насколько это опасно. Медик, уже успевший отдышаться, снова прикрыл девушку покрывалом:
-Нам надо с вами поговорить, а принцессой пускай покачто займутся Рейка и Суоми.-лекарь потянул Аяме за рукав легонько но настойчиво. император едва-ли не насильно заставил себя последовать вслед за лекарем. Ему все еще не верилось и казалось, уйди он сейчас и она развеется как видение, исчезнет, а все это окажется лишь плодом его фантазии. Но Аяме, понимая, что девушке нужен уход, согласился и послушно вышел вслед за лекарем..
..Аяме с трудом дождался, пока лекари закончат свой труд. получив наконец известие, что девушку можно навестить, он ринулся в свои покои, так как дочь доставили именно туда. Так повелел сам Аяме. он уже знал, что девушка скорее всего ничего не помнит о своем прошлом, раз столь долгое время не объявлялась. И что кроме этого, ею был получен тяжелый удар по голове. Но Аяме надеялся, что увидев его, она все вспомнит. "Она неможет забыть меня!.. Как такое может вообще быть?" С замиранием сердца он вступил в собстввенные покои, стараясь беззвучно ступать по ковру, снова боясь спугнуть видение. но дочь все еще была реальна. Теперь она была полной копией жены, когда была переодета в соответствующие положению принцессы одежды. Аяме снова почувствовал стеснение в груди. Он взял за рука дочь. Джун пошевелилась и в этот самый открыла глаза. Аяме метнулся к ней, протянув руки-сколько ночей он мечтал о том, чтобы вновь обнять дочь, вновь найти ее.. Родительское сердце сжалось болью, когда девушка отпрянула от него, не найдя иного укрытия, как одеяло. рука Аяме застыла в воздухе:
-Джун, неужели ты не помнишь меня?..-Аяме придвинулся ближе, протянув к девушке руки. "Если я обниму ее, прижму к сердцу, она поймет, она ведь все вспомнит, Ведь ты же моя дочь, Джун.."

Отредактировано Ayame (2011-10-18 15:45:49)

0

4

В голове стоял звон, затылок болел, Джун не совсем помнила и понимала, что произошло. Она помнила, как отступали имперские гвардейцы, как шла навстречу им, как в ужасе люди шарахались от нее и как ликовали остатки разбойничьей бандлы, помнила картинки, присланные волками, как был схвачен Хаттори..
-Хаттори..-Джун вскочила с кровати, оглянувшись по сторонам, но комната закачалась под ногами и девушка, чтобы не упасть, вынуждена была схватиться за столбик кровати обеими руками. Звон усиливался, тошнота волнами продолжала накатывать, в глазах темнело, но разбойница отчаянно хваталась за последние крупицы сознания, не желая вновь тонуть во мраке небытия. Нет, не сейчас! Она должна, она обязана.. "Хаттори, дети.." Силой воли девушка заставила себя выпрямиться и твердо посмотреть на этого разодетого мужчину, что тянул к ней руки (твердо, как показалось ей, на самом деле видок разбойницы был плачевен-едва-ли не мертвенная бледность, встрепаные волосы, рассыпавшиеся по плечам и какое-то отчаянное безумие в глазах):
-Где мой..-она хотела спросить, где муж, но новый приступ дурноты согнул ее пополами и Скай таки рухнула на коленки, едва успев выставить руки, чтобы не плюхнуться плашмя на живот. Но тут же ладошки снова были прижаты ко рту. В голове мелькали какие-то картинки, настоящее перемешивалось в голове с проблесками каких-то иных воспоминаний, Джун видела какие-то комнаты, людей, все было красиво в этих видениях, но почему-то все было настолько большое.. Как будто сама Джун попала в страну великанов. Девушка замотала головой, пытаясь навести в ней порядок хоть как-то, но это мало чем помогло. "Я схожу с ума.."
-Джун, неужели ты не помнишь меня?.. - мужик рванулся к ней, Джун, повинуясь годами выработанным боевым рефлексам, проскользнула у него под рукой, походя выхватив его же собственный меч из ножен-со стороны этого мужчины было очень опрометчиво нападать на нее без оружия. Девушка отпрянула к стене, выставив вперед меч. Но резкое движение было чревато новыми неприятностями. Она уже ничего не слышала из-за наполнявшего уши гула, а глаза видели только темноту. Скай до скрипа сцепила зубы, пытаясь снова бороться. Почему-то лицо этого мужчины вдруг показалось знакомым. Но как, откуда она могла его знать? Она ведь общалась только со всяческим сбродом..
- Кто..-разбойница не договрила. Пол, устланый коврами вдруг резко приблизился, а на плечи словно стопудовая тяжесть легла, Скай рухнула на пол, меч с глухим стуком упал рядом. Ладошка разбойницы так и осталась на его рукояти. Темнота все-таки поглотила Скай, отключив разом все ощущения, выбросив ее из реальности..

0

5

---Казематы

Хаттори бежал тихо, как мог. В других тюремных камерах ее не было, он проверил, да. Но на всякий случай сломал замки этим матерым, они сами выпутаются. Слухами полнился коридор. Все утверждали нереальное: нашлась Принцесса!
Мусаси даже взбесился, что она нашлась так невовремя, что могло помешать его планам.
Что за...?
Но время поджимало, кто знал, что с его драгоценной Джун? Нигде не было горячих следов... Но тут вернулась сила Генбу и Хаттори окинул взглядом торранский дворец. Фигурка лежала где-то там. И тогда Мусаси ринулся туда, обегая ошеломленных стражников. Но вопросов не задавали: форма то у него была се-кана Хоккана, которому лучше не перечить. А на гламурные браслетики никто не обращал внимания.
Выбежал во внутренний двор, где порошил снег.
Нафиг снег.
Мусаси присмотрелся к стене и с разбегу запрыгнул на балкон. Его глазам предстала картина: Император лез к его жене, которая пыталась защититься мечом! Ярость застилала глаза убийцы и тот в прыжке оказался перед Императором, цепь умудрилась обвить его похотливые руки:
- Куда катится гордый Хоккан... - голос обдал воздух морозом, яростью северных гор, бешенством горных рек, - если сам Император лезет, дабы позабавиться, к девушке из горной деревни, моей жене, которая несет детей под сердцем? - глаз, который не был спрятан под мнимым бельмом, горел ярко-красным огнем, странно, что знак на переносице не светился, - СКАЖИТЕ МНЕ, ГДЕ ВАША ЧЕСТЬ И ДОСТОИНСТВО, ГДЕ ДОСТОИНСТВО И ГОРДОСТЬ СЕВЕРА?????? - от гнева Мусаси аж сорвался на крик, что стекла чуть не зазвенели в окнах.

+1

6

Аяме вовсе не ожидал того, что произошло в следующий момент. Безусловно хокканские девушки отличались повышенной боевой подготовкой, но почему-то император совершенно не думал, что его дочь, принцесса Хокканская, находясь в таком состоянии сможет предпринять такой маневр. Ведь он сам был отлично подготовлен, ни одного дня не проходило без тренировок с оружием, что бы он был за император, если бы не мог показать пример подданным в бою, случись таковой? Но видимо ум был затуманен радостью от того, что сбылось то, чего уже не чаял, нашлась дочка, и одновременно болью от того, что его она не помнила. Джун тенью проскользнула под его рукой-наметанный глаз бывалого воина тутже отметил легкость и грацию ее движений, даже в таком состоянии. Девушка стояла напротив и угрожала ему его же собственным мечом! "Джун.. Сюсуй бы этого не одобрила.. Но я горжусь тобой!"
- Кто.. - нелдоговорив, девушка рухнула в обморок, Аяме метнулся к ней, как вдруг его обдало вихрем морозного воздуха, а вокруг рук обвилась цепь. Император сдвинул брови. Перед ним стоял какой-то мужик с подозрительно знакомой рожей. Все это происходилдо в доли секунды-звон разбитого стекла, стук оконной рамы и громовой голос:
- Куда катится гордый Хоккан...
Аяме уже успел преодолеть шок-не будь он императором, он быстро справлялся с подобным и сбросил цепь с рук:
-Какое имеешь ты право находиться здесь, бродяга?!-несмотря на то, что его собственный меч лежал рядом с бесчувственной девушкой, Аяме вытащил второй, короткий клинок. Он умел орудовать и этим.
- если сам Император лезет, дабы позабавиться, к девушке из горной деревни, моей жене, которая несет детей под сердцем?
Аяме прищурился, ухватив только первую часть обвинительной речи и возмутившись тем, что какой-то бродяга, а это явно был бродяга-несмотря на одеяние се-кана его личной гвардии и свежевыбритую физиономию (побриться значит успел где-то, прежде чем в императорские покои вваливаться!), синяки и ссадины были видны и так, а гламурные браслеты на руках завершали образ, ярко говоря о том, кем является их носитель, имеет наглость влезать к нему в такую минуту и портить радостный момент такими заявлениями и своей гнусной рожей! Аяме смерил презрительным взглядом наглеца. Бельмо, цепи.. Да это же один из кокурейджинцев, доставленных днем в казематы!
- СКАЖИТЕ МНЕ, ГДЕ ВАША ЧЕСТЬ И ДОСТОИНСТВО, ГДЕ ДОСТОИНСТВО И ГОРДОСТЬ СЕВЕРА??????
Этот голос, эти такие знакомые интонации.. Аяме на секунду вытаращил глаза, а потом озверел:
-Как смеешь ты кидать мне в лицо подобные обвинения? Ты, кто должен был занять место сегуна, и докатившийся.. Сначала элитный убийца, теперь разбойник, приговоренный к казни?!-но тут взгляд Аяме упал на руку лежавшей без чувств девушки:
-Уйди с дороги! Тебе не место здесь! - император попытался отодвинуть теперешнего разбойника-Джун нужна была помощь, это все, что его волновало в данный момент, он нехотел едва найдя тутже и потерять ее по прихоти какого-то предателя!

+1

7

-Какое имеешь ты право находиться здесь, бродяга?!
- Полное, по всем статьям Великой Ясы. Помните пункт один-семь-три-айо? Муж имеет право находиться везде, где есть его жена. - не повел бровью Миямото, - А что насчет пункта шесть-пять? Император гарант благоденствия своих подданых?
Да, Окашира ориентировался в различных законах... Что и позволило ему вставлять шпильки в самого Аямэ.
-Как смеешь ты кидать мне в лицо подобные обвинения? Ты, кто должен был занять место сегуна, и докатившийся.. Сначала элитный убийца, теперь разбойник, приговоренный к казни?!
- Да, я смею. Ибо я простой человек из народа, никто, не имеющий ни мать, ни отца, но считаю родиной горы исконного Хоккана, который пытался воззвать до разума "батюшки Императора", - губы презрительно сжались, - Сегун? Не, не слышал, - сейчас император это глаголил, а тогда даже и не было мысли об этом. Сегунами становились те, кто был потомственными военными при дворе, тут сирота продвинуться не мог просто. Да, коррупция цветет и пахнет.
- Послушайте и мою сказку: жил-был Император, плавал себе в шоколаде, а потом начал торговать кланами, будучи заведомо в убытках, инфляция то не спит, - так и открылась еще одна страница в прошлом Мусаси, некоторое время он был торговцем, причем успешным, - а потом уже докатился до того, что собрался казнить мужчину и потешиться с его женой. Понимаю, что мужик то изрядная сволота, но жена то у него по любви живет и радуется. Причем, по-хорошему, она тоже приговорена. Но если попробуешь тронуть его, - в ярости Мусаси перешел на ты, возмущаясь, - то в лучшем случае натравлю на тебя моего ручного утробу. А в худшем ты кончишь самоубийством, милый мой. И я не шучу, да.
Хаттори посмотрел на девушку и та с ветерком оказалась на его руках. Меч оказался выхвачен, сам убийца стоял в оборонительной позиции против самого главного хокканца, - Мое место там, где она. Где мои дети, которые у нее под сердцем. Я все этим сказал, - отрезал Катаме, - Не хочу и не могу бросить ее после того, когда она чуть не умерла в гареме Куто от гёкурай, но я умудрился ее спасти, не могу бросить после того, как ее чуть не убил Андеграу, Ваш личный наемник, не могу бросить после того, как ее чуть не взяли на улицах красных фонарей Торрана.

+1

8

- Полное, по всем статьям Великой Ясы. Помните пункт один-семь-три-айо? Муж имеет право находиться везде, где есть его жена.
Новый шок. Аяме едва глаза не выронил. Жена? Джун? Дочь.. его жена?? Неможет быть!
-Ты видимо умом тронулся, бродяга!
- А что насчет пункта шесть-пять? Император гарант благоденствия своих подданых?
-Да что ты говоришь!..-Аяме задохнулся от возмущения-дня не проходило без того, чтобы он не думал, как вывести Хоккан из ямы, помимо мыслей о пропавшей дочери, его терзали мысли о родине. Он был в тупике. А теперь еще и этот бродяга смеет отчитывать его, тогда как сам покинул дворец в тот самый момент, когда страна в нем нуждалась. Да как он смел, столько лет прохлаждавшийся на вольных хлебах теперь кидать ему какие-то упреки?
-Император является гарантом благоденствия честных граждан, но никак не наемников, живущих вне законов и уж никак не для разбойничьего сброда!
- Да, я смею. Ибо я простой человек из народа, никто, не имеющий ни мать, ни отца, но считаю родиной горы исконного Хоккана, который пытался воззвать до разума "батюшки Императора"
Аяме на миг почувствовал, как в глазах темнеет, но быстро справился с собой, чай не барышня какая кисейная. Да, Хоккан сейчас в глубокой.. Яме, но ведь Аяме действовал так будучи в полной уверенности, что планы отца верны, ведь он рос под влиянием их. Да, зачастую мы слепо следуем заветам предков, но не всегда эти заветы верны. Но для Аяме слово отца всегда было чем-то сродни постулатов Великой Ясы. Но сейчас он тщетно искал выходы, до исступления загоняя себя, бессонными ночами просиживая над донесениями разведки и впадая все в большую депрессию. Он был готов предложить богам свою собственную жизнь, понести любые пытки, но чтобы его народ жил в мире и спокойствии, но это был бы слишком легкий выход.
- Послушайте и мою сказку.. -то, о чем оворил разбойник дальше было просто немыслимо. Но Аяме небыл бы родителем, если бы сейчас снова кинулся с кулаками на Мусасси. Его слух вычленил совершенно иное из речи наемника:
-Гарем Куто?? Улица красных фонарей??-волна морозного ужаса прбрала императора. Он ничего не знал о жизни дочери с тех самых пор, сколько раз она могла погибнуть, сколько раз ее могли.. А его все это время небыло рядом. Не его рука защищала и утешала его, не его заботой она была окружена..- Джун..-Аяме, от гремучей смеси чувств, нахлынувших на него, снова ринулся к дочери, позабыв о том, что перед ним один из самых опасных наемников империи. Сколько время он потерял, и сколько теряет сейчас..

0

9

- -Император является гарантом благоденствия честных граждан, но никак не наемников, живущих вне законов и уж никак не для разбойничьего сброда!
Возмутился Император. Хаттори выгнул брови:
- Да ты що? Я никогда не думал, что разбойниками и наемниками вне закона становятся целыми кланами. Кан, Ка, Танао, Урутай, Хенха, Лаосао? - убийца назвал целые племена, чьи жители отличались мирным и благочестивым образом жизни, но сейчас перешедшие под высокую руку Востока. Хотя Мусаси имел надежду, что прорвутся люди, ведь Восток - дело тонкое, а где тонко, там и рвется. Так что Куто хоть и силен, но обязательно где-то что-то упустит.
Но рассказ его изменил все коренным образом. Хаттори замечал волнение, и когда Аяме кинулся к Джун, убийца не ощутил агрессии, поэтому не стал отходить.
А ведь сам сколько раз ее приговаривал?...
- Все это было, - с горечью произнес мужчина в расцвете сил и синяков, - а сколько еще предстоит? Все равно потом придется уйти, пусть даже и с боем. Надеюсь, что разбойники свалили.
- Джун... А представьте себе, когда я ее нашел, у нее не было имени. И можно сказать, что я ей дал это имя, потому что она так захотела... Откуда Вы знаете ее имя? - Мусаси прижал к себе рукой жену без сознания, вдыхая аромат ее волос. Император был растерян, ошеломлен. Но удивление отнес убийца на другой счет: не каждый день возвращаются из гарема куто живыми.

0

10

- Да ты що? Я никогда не думал, что разбойниками и наемниками вне закона становятся целыми кланами. Кан, Ка, Танао, Урутай, Хенха, Лаосао?
На скулах императора заходили желваки. Да что он вообще себе позволял, этот бродяга-разбойник? Откуда он вообще мог знать и понимать, что происходит в мире? Откуда он вообще мог знать, в каком состоянии ему досталась страна и насколько трудно было для него решение отдать под крыло Куто хокканские земли? Да, отец Аяме стремился к содружеству с Куто, но даже он немог предположить, какую цену за это затребует восток. И Аяме вынужден был с этим согласиться. Так как иного выхода на тот момент не видел. Рядом небыло способных помочь людей, все разбежались. Но сейчас император думал, что нашел выход, как и земли вернуть и Хоккан вывести из плачевного положения. Но он не собирался отчитываться в этом перед кем бы то нибыло. И выносить это на сейчас налюди нельзя, мало-ли какие посторонние уши услышать могут, как бы до Куто раньше времени не донесли. Нет, он пока помолчит об этом. Только доверенные будут знать. И, наверняка смогут привнести дельные предложения в его идею.
-Эти кланы, что ты перечислил, остались верны хоккану. Они не стали убийцами, они не стали разбойниками. Многие их члены зарабатывали и раньше наемничеством, но работали на благо Хоккана. -несмотря на то, что все еще носил траур и большая часть его мыслей была занята прошлым, но Аяме небыл безумцем и был хорошо осведомлен обо всем, что происходило в его империи.
- Все это было, а сколько еще предстоит?
Аяме вздохнул. Предстоит? Он отнес это замечание на счет обстановки в мире. Но, услышав в голосе бывшего наемника горькие нотки, кивнул:
-Предстоит много. И одному мне не справиться. - большего он выдавить из себя немог. он давно признал и понял собственные ошибки, но оправдываться было не в его манере. Сказанное и так нанесло сильнейший удар по собственному авторитету и самолюбию в частности.
Джун... А представьте себе, когда я ее нашел, у нее не было имени. И можно сказать, что я ей дал это имя, потому что она так захотела... Откуда Вы знаете ее имя?
Аяме неотрывно смотрел на девушку, пребывая в волнении и скорби от того, что дочь не признала его. Но слова Мусасси услышал:
-Ты дал ей имя? - император горько усмехнулся. - Это имя дал ей я шестнадцать лет назад, едва она издала первый крик.. - последние слова были произнесены сдавленным шепотом-у Аяме просто перехватило горло от нахлынувших чувств..

0

11

-Эти кланы, что ты перечислил, остались верны хоккану. Они не стали убийцами, они не стали разбойниками. Многие их члены зарабатывали и раньше наемничеством, но работали на благо Хоккана.
Хаттори пристально посмотрел в глаза Императору:
- А Вы уверены, что можете рассчитывать на этих горцев? Пойдут ль они за Вами? Пожалуй, я тут замолкаю, как человек без лица в Хоккане, даже меньше чем никто, - Хаттори прижал к себе Джун и хотел было развернуться, уйти. Но предчувствие чего-то непоправимого остановило его, что убийца внимательно посмотрел на Императора, - И что вы же знаете.. Это война хранителей. Генбу, Судзаку, Сейрю... - Мусаси отвел взгляд в сторону гор, которые виднелись из окна.
-Предстоит много. И одному мне не справиться.
Внезапно признался Император. Убийца испытующе посмотрел на венценосную особу, уже ничему не удивляясь. Тут на память пришел Коуден, который над всем уже сломал голову. А Юки, который много перенес? А Марико, увязшая в своих интригах?
- Ну звiняйте, вольнiм хлебопашцам не понiмать. А коль честно: куда делись все, кто мог оказать посильную поддержку? Рискну догадаться, что разошлись из-за разницы во мнениях?
-Ты дал ей имя? Это имя дал ей я шестнадцать лет назад, едва она издала первый крик..
Хаттори опешил, внимательно смотря на Императора, а затем на жену. Что-то было похожее. Слишком много. И тут прояснились детали некоторые:
- Когда она встретилась мне, она была без имени. Вернее с таким именем, что ей лучше было не светить. Хотя какое имя, прозвище то. И когда сели думать над именем, сошлись на Джун. А Вы точно уверены, что она Принцесса? Я то смогу объяснить, почему вы ее не нашли, если это точно она, - слегка улыбнулся убийца, ненавязчиво поправив на жене рубашку и челку.

0

12

- А Вы уверены, что можете рассчитывать на этих горцев? Пойдут ль они за Вами?
Аяме тут мог бы стушеваться и скиснуть, если бы не знал народа Хокканского, если бы сам небыл хокканцем. Они пойдут, во имя блага империи, пойдут. Безусловно сперва ему самому придется многим поступиться, но ради того, чтобы спасти этот тонущий корабль, он уже был готов пойти на это. Темболее теперь, когда так внезапно обнаружилась давно пропашая дочь. Он просто немог спихнуть на ее плечи все то, что натворил сам.
-Пойдут. -Аяме знал, как достичь этого. Конечно, с той горсткой верных людей, оставшихся рядом, предстоящее предприятие казалось фантастическим и едва-ли выполнимым. Но, как говорят-глаза бояться, а руки делают. И он сделает это.
- И что вы же знаете.. Это война хранителей. Генбу, Судзаку, Сейрю...
Аяме поджал губы:
-Судзаку и Сэйрю.. К сожалению, пока мне известен лишь один хранитель Гэнбу, вернее хранительница, да и та из рода Тэгиру. Но и она пропала, где ее искать одному Гэнбу сейчас только и известно.-император сдержал вздох. Еще и эта клановая ветвь императорской династии, Тегиру. Сколькоо они баламутили раньше и продолжали интриговать сейчас, в такое время они всеравно продолжали попытки завладеть престолом.
- Ну звiняйте, вольнiм хлебопашцам не понiмать. А коль честно: куда делись все, кто мог оказать посильную поддержку? Рискну догадаться, что разошлись из-за разницы во мнениях?
Аяме было вскинул брови на урутайца, заслышав сайровский говор, но потом вновь отвернулся, признавая правоту хокканца. Но Аяме более не держал зла ни на одного из них и, если бы они решили вернуться, не напоминая о прошлых разногласиях, он бы смог переступить через свое упрямство и гордыню. Но о таком чуде можно бы было только мечтать-хокканцы упертый народ, твердые как горы, суровые как горные морозы..
- Когда она встретилась мне, она была без имени. Вернее с таким именем, что ей лучше было не светить. Хотя какое имя, прозвище то. И когда сели думать над именем, сошлись на Джун. А Вы точно уверены, что она Принцесса? Я то смогу объяснить, почему вы ее не нашли, если это точно она
Аяме грустно улыбнулся:
-Она как две капли воды похожа на свою мать..-император кивнул на гобелен на стене, висевший буквально за спиной урутайца, где был портрет женщины в императорских одеяних, с эрхой в руках. Словно внезапно повзрослевшая и переодетая Джун. Одно лицо. -Если ты говоришь, что стал ей мужем, то должен знать о родинке на шее и шраме на стопе. Последний она получила когда нянька уснула у камина, ей было всего четыре года. - Аяме протянул руку, каснувшись волос девушки сдвигая их и обнажая шею, где красовалась упомянутая родинка. Чем бы кончилось это выявление признаков принцессы, неизвестно, если бы в покои не вошел лекарь. Тот самый, что сообщил о том, что принцесса нашлась. Завидев двоих мужчин в углу, его брови сошлись у переносицы:
-Это как понимать? - громовой голос сотряс воздух в императорских покоях так, что аж светильники звякнули - Это для того целая толпа лекарей печется о жизни принцессы, чтобы два болвана угробили ее просто так болтая у окошка? - лекарь решительно двинулся на "кружок по интересам", организованный императором и бывшим наемником - А ну-ка верните девушку в кровать! Иначе я сейчас вас обоих приговорю.. -врач безапелляционно отобрал бесчувственную девушку из рук Хаттори и уложил обратно в кровать, сердито качая головой, тутже занявшись осмотром и напичкиванием лекарствами Джун, продолжая ругаться-..к десяти ведрам касторки каждому! Ну ладно этот императорский лоб очумел от счастья, но ты, Окашира, у тебя где мозги? Девчонке нужна помощь и покой, а вы ее таскаете как куль с картошкой!

0

13

-Пойдут.
Хаттори пожал плечами. Он сильно сомневался в этом, обычно народ верил в Императора до конца, но сколько ляпсусов было совершено, которые могли многое погубить. Нет ничего страшнее чем потерянное доверие.
-Судзаку и Сэйрю.. К сожалению, пока мне известен лишь один хранитель Гэнбу, вернее хранительница, да и та из рода Тэгиру. Но и она пропала, где ее искать одному Гэнбу сейчас только и известно.
Мусаси посмотрел в окно, он то знал многое. Правда про Тегиру новость, но генбушников то больше. Мейдок, Химицу, Урумия Тегу, Урумия Хагас, Аика, Скай... Про рыжую убийца предпочел не говорить, поэтому его уста спокойно проговорили:
- И четверо как раз из кутовских кланов на самой окраине на западе - колкость. Всего лишь шпилька-маленькая месть. Химицу... Хаттори...Джомей... Скай, которая записалась в урутайцы по всем обрядам... В Куто сроду никогда не было кланов, появились только вот считанные дни назад.
Император отвернулся, что обычно означало его молчаливое согласие. И потом принялся рассказывать про Джун.
-Она как две капли воды похожа на свою мать..
Хокканец посмотрел внимательнее на гобелен. Да, жена похожа на ту, которая там была выткана. Правда Мусаси не стремился прямо так падать в шоке. Он мог объяснить, что случилось. Да и в кое-какие века выиграл спор с одним наемником при дворе, который и поныне здравствовал. А спорили они на крупную сумму, что Мусаси найдет Принцессу. А о приметах он знал. Поэтому кивнул головой. Тут влетел взбешенный лекарь, который уже приговорил к пыткам обоих и отобрал Джун, унеся ее на широкую кровать. Хаттори спокойно проговорил:
- У Джун непостоянный образ жизни, что когда просыпается не на моих руках, то очень здорово нервничает. А тут она, простите за выражение, здорово шуганулась забытой обстановки. Плюс она много испытала во дворце Куто, если бы не лекарь Тиэ, то не знаю, что было бы. Так что, - Хаттори  уселся по-турецки рядом с будущей мамой. Наглость - второе счастье, а тут в какой то мере представилась возможность взять и сесть на кровать самого Императора с ногами. Слуги и то не могут касаться священного ложа больше пяти минут, а Окашира сомнительными путями и этого добился.

0

14

Аяме знал, что натворил много, как знал и то, скольким придется поступиться и на что пойти ради того, чтобы все исправить и спасти империю. Если бы нужна была его жизнь, чтобы положить на весы взамен процветания родной страны, он бы сделал это. Но, к сожалению, все было не так просто. Тут предстояло положить кое-что поощутимее, самолюбие, гордость, душу.. Но он был готов к этому. И, видимо Гэнбу принял наконец его раскаяние, возвратив дочь.. Аяме немог нарадоваться этому факту. И неважно, что теперь придется терпеть шпильки этого урутайского наемника, он потерпит и сделает все, ради того, чтобы дочь и его народ были счастливы.
Император наблюдал за тем, как возмущенный врач снова суетится вокруг Джун, нахмурившись и озабочено ловя каждое его слово, каждый жест, каждую эмоцию, рисовавшуюся на лице медика. "Гэнбу.. Не забирай ее у меня.. Только не снова.. " - как заклятье, твердил про себя император.
- У Джун непостоянный образ жизни, что когда просыпается не на моих руках, то очень здорово нервничает. А тут она, простите за выражение, здорово шуганулась забытой обстановки. Плюс она много испытала во дворце Куто, если бы не лекарь Тиэ, то не знаю, что было бы. Так что, - наемник взгромоздился с немытыми ногами на императорское ложе. Аяме скрипнул зубами-Хаттори явно испытывал его терпение. Это переходило уже всякие рамки. Сколько бы там не натворил сам Аяме, но он все еще был императором. И все еще в его власти были жизни хокканцев. Но ситуацию спас лекарь, отвесив тяжеленного подзатыльника наемнику и спихнув того с кровати:
-Ай, Хаттори, сколько лет, а все ведешь себя как ребенок? Твоей жене сейчас покой нужен, а не перепалка двуух петухов над ее ушами. И ноги сюда не суй. Чем чище кругом будет, тем здоровее будет девушка. - лекарь полоснул прокаленным на огне скальпелем по руке девушке и обильно пролил какое-то зелье по царапине, после чего обернул тканью. - Вы оба как дети малые, не оставь вас на минуту. - совершив еще пару каких-то манипуляций над телом принцессы, лекарь вытолкал обоих мужчин в соседнюю комнату, вышвырнув их оружие следом:
- И чтобы тихо мне тут сидели, иначе оба будете на касторовой диете сидеть. - дверь перед носами императора и Хаттори захлопнулась. Аяме только глазами моргал. Мало того, что найденая дочь оказалась замужем, мало того, что в положении, мало того, что еще и за самой вредной занозой, за какой только могла оказаться, так теперь еще и собственный лекарь отчитывает его, как когда-то в детстве отец. Хорошо еще пинков не надавал. Впрочем Аяме сейчас был и так в шоке, возможно что и получи он пинков от лекаря, все также проглотил. Потом, когда отойдет и обдумает все, он наверняка возмутиться, но сейчас он потерял дар речи, тупо глядя то на дверь, то на Хаттори, пытаясь что-то сказать, возмущенно указывая наемнику на закрытую дверь рукой и клацая челюстью. В итоге он в сердах махнул рукой и, круто развернувшись на 180 градусов, прошествовал к шкафу, из которого извлек здоровенный графин с с аке и пару пиалок. наполнив обе, он осушил залпом свою и наполнил вновь:
- Ну давай хоть за "знакомство" выпьем.. Зятек.. - император наконец справился с немотой и пригласил наемника за стол.

+1

15

Хаттори скользнул с шелкового одеяла, все же лекарь привык драть солдат и чуть не грохнулся. Вовремя руки вытянул вперед и быстро поднялся, на том и спасибо, что целитель не стал громить. Все же замечание резонно. Убийца хмыкнул про себя, признавая свою неправоту. Но не каждый день Император терпит твои выходки! Не услада ли это? Но пора было сворачивать лавочку.
Холодный взгляд в спину лекарю, но тот и не дрогнул, не то ощущал во время работы.
Не изменился совсем... - рука рефлекторно потянула ухо, которое неплохо оттянул медик в бытность Хаттори Окаширой, который начал возмущаться по поводу криков петухов.
Джун? Проснется при нашей культурной беседе после целой пещеры пьяных разбойников? Недооцениваешь девушку...
Легкая усмешка. Юноша потер ухо с серьгой, погладив место укуса. Перед глазами пролетели воспоминания приятных дней с женой. Вот сейчас убийца понял, почему некоторые люди страшатся потери памяти. Воспоминания - одна из величайших ценностей человеческой души.
Глаза следили за манипуляцией врача, который принялся активно обхаживать Джун. Запахи знакомые, ничего подозрительного. Да и врач знакомый, которому убийца доверял. А Джун выживет, горная девочка, она осилит. По крайней мере, так верил Мусаси, хотя в свете последних событий фиг поймет кто. Хаттори-не хаттори, мусаси-не мусаси, окашира? Хотару-не хотару... Тьфу.
Ярость лекаря достигла апогея, что представилась уникальнейшая возможность наблюдать, как императора гоняют, выпинывают, выталкивают, а не просят вежливо. Если бы знали, то продали бы билеты на представление. А теперь уж...
Но угроза касторовой диеты вполне реальна, что Хаттори уже напрягся. Он в свое время с армией уже сидел на этом. О, доктор знает толк в извращениях! Целая казарма стояла в очереди в туалет, причем очередь обновлялась постоянно. А от еды не откажешься - при усердном служении ох как есть охота! Вот и поэтому потом комсомольцы-солдаты свалили в столярную мастерскую, сделали дощечку с 10 дырками, вырыли новую яму... И так решилась проблема с туалетом. Правда пришлось регулярно охранять этот туалет, а то найдутся еще кутовские ниндзи, которые через дырки будут отстреливать. Причем этот маневр был бы успешен - наиболее беззащитен человек именно в туалете, который сосредоточится на справлении нужд. Хотя покончим сейчас с сортирной темой. В общем, касторова диета - это ужас.
Дверь захлопнулась. Хаттори поднял оружие и положил в сторону:
- Не, от касторочки откажусь, - усмешка. Хаттори подошел к окну. Все вроде ничего особенного. Голубое небо. Торран живет своей жизнью. Что объединяет горцев и торранцев? Сложный вопрос.
Косой взгляд на Императора, который передвигался как сомнамбула, даже странно, что еще на ногах стоит.
Жизнь то его потрепала, но он еще не все видел... Много интересного ему предстоит узнать..
Карие глаза были прикрыты.
Интересно, как его вводить в курс дела хранительства? Так рассказать, или сначала угостить поллитрой? Много вопросов без ответов.
Император налил саке. Хаттори подошел и посмотрел в глаза Императору:
- Ага. За знакомство, - содержимое чашечки было перелито в желудок, обдав огнем пищевод.
- Хорошее саке, - одобрительно крякнул парень. На яд не было смысла проверять, не в таком состоянии мужчина, чтобы еще травить.
- Подозреваю, что нам еще предстоит познакомиться. Я то Вас совсем не знаю. Император, на которого даже не посмотришь без на то соизволения, - просто мысли вслух, Мусаси задумался обо всем. Оказывается, он не так много знает о властителе. Не интересовался, какого цвета его постельное белье. Может такова сила влияния Роунов, что никто не подумает особо что-то о них выяснять? Ведь Император Севера воспринимался как бог. К которому не подступишься. К которому лучше не соваться. О котором лучше не говорить плохо.

+1

16

Ну конечно же, саке всему голова. Чудо-напиток не раз спасал положение и помогал мирно решить многие запутаннейшие вопросы.
- Ага. За знакомство
Аяме одобрительно кивнул и вновь наполнил чарки. Взяв со стола колокольчик, император встряхнул его и, буквально через мгновение в покои влетел слуга:
- Обед нам на две.. - император бросил взгляд на Хаттори. Да, это уже давно не мальчик, курсировавший когда-то с выражением абсолютного спокойствия и превосходства на лице. Мальчик подрос и наверняка аппетитом обладал немаленьким. Но и сам Аяме чувствовал потребность поплотнее восполнить силы после стресса. А возможно что и лекарь присоединится к ним после того, как закончит свои дела с джун. - на шесть персон. - завершил он фразу и слуга тутже удалился.
- Подозреваю, что нам еще предстоит познакомиться. Я то Вас совсем не знаю. Император, на которого даже не посмотришь без на то соизволения.
Аяме усмехнулся, вновь поднимая пиалку с саке:
- Император должен нести традиции, Хаттори. Самый последний прутик, удерживающий народ вместе частенько держится именно на традициях. Я не говорю, что все на свете на этом зиждется, но, сам знаешь, Хоккан всегда жил опираясь на традиции, но при этом глядя вперед. - еще одна чарка была опустошена. - А по поводу знакомства ты прав. Может быть поведаешь мне, пока есть время, где ты отыскал Джун? И при каких обстоятельствах? - Аяме приготовился слушать, тем временем в императорские покои прислугапринесла обед, правда видимо со счетом у прислуги было явно не порядок, так как принесенным ими изобилием, можно было насытить целую армию, не то что троих оголодавших мужчин. Аяме сомневался, что лекарь позволит сейчас Джун присоединиться к их трапезе, даже если она уже сейчас пришла в себя. Выждав, пока прислуга уберется из покоев, Аяме пригласил зятя к столу. Как говорится, чтобы наладить отношения с новой родней, следует начать с того, чтобы "преломить хлеб", за столом да под чарку саке легче избежать раздражения и удержать гнев на коротком поводке. Аяме оглянулся на все еще закрытую дверь спальных покоев. Он всецело доверял лекарю, но, как известно, ожидание самая тяжкая из пыток.
- Ты говорил, что Джун побывала в гареме Куто?? Как получилось, что она туда попала?? Неужели Куто нарушило договор и захватило пленных??

0

17

Император принялся заказывать на шесть персон. Хаттори улыбнулся уголками губ. Он то давно не ел, может и много еды понадобится. Но.... Если рядом спит Джун, то этого может оказаться мало. Но воздержался от комментариев, решив поберечь нервную систему Императора. Она ему скоро ох как пригодится. И снова пошла торжественная речь о традициях и Императоре, но как ни странно, убийца солидарен.
- Традиции настолько священны для горцев, что скорее дадут убить себя, чем преступить традиции.
Обед был принесен, причем такой сытный... Пять Джун и то, хватит на всех. Император настроился слушать. Хаттори посмотрел в глаза Вашему Величеству, решив, что сейчас можно. Много предстояло рассказать, ох как много...
- У нас сейчас не столько война, сколько война хранителей.
Очередная чарка саке было опустошена, убийца налил себе и Императору:
- А теперь рассказ может звучать настолько невероятно, поэтому соберитесь с силами. А то лекарю придется и Вас в чувства приводить, - предупредил Хаттори, - Будете смеяться, но я ее поймал в горах на охоте. Очень шустрая девица. А сейчас расскажу подробнее, как это было.
Помните время, когда я был чуть ли не главой охраны Вашего дворца? И в один прекрасный день была зима. Снег медленно падал на ладони. Я спешил. Но вдруг в одном переулке мужчины заинтересовались маленькой девочкой. В каком смысле, понятно. Мне это не понравилось, но я мог махать мечиком и разогнал их. К сожалению, они успели оставить царапину на щеке, что и сейчас шрам под глазом. Заметьте, крестообразный шрам под глазом, - пауза, когда Хаттори сделал глоток саке, - девчушка была напугана, что я не мог отпустить ее. Взял, завернул в плащ, да я еще тем шпендриком был, но и Джун мелкой была. Унес на квартиру, где временно обитал. Там всю ночь успокаивал.... Утром пришлось удалиться, служба службой. Вернулся где-то в обед, ее уже не было. И плаща моего. Это предыстория. А сейчас начнется сама история.
От румяной курочки был отделен кусок, который счастливо закончил путешествие в желудке, - Вы знаете конанский клан Са? - дождался ответа Императора, Хаттори проговорил, прекрасно понимая, что влетит за решетку, - Так вот, мне дали заказ своровать Шунки, конанскую немую, оказавшуюся ну очень говорливой. Но сам смех не в том. В Хоккане уже я вокруг стоянки наставил силков, чтобы утробушки не потревожили наш покой. Вышел, проверил ловушки. Это было тогда, когда Вы искали разбойника Ская. Да, того, с идентичным шрамом как у Джун. ВЫтаскиваю, вижу. Обана, сам Скай в яме сидит и чертыхается. Ну я обыскал его, нашел диадему, проигнорировал, что его грудь с какой то радости была обмазана глиной. Разоружил и привязал временно к дереву. Подошел к Шунки, а она в бреду, да, простыла на Севере у нас, попросила меня поцеловать волчью пасть. А особенность Са в том, что она попросит сделать, ты не сможешь отказать, хоть убейся. Ну понесли меня ноги за снежный валун и я внезапно поцеловал этого Ская, тот был возмущен. Сказал мне - Убирайся с дороги. А я что? Не могу уступить дорогу какому-то разбойнику горному. Он хотел ветром подвинуть, я в ответ тоже ветерочком его толкнул. Парнишка был в шоке. Смотрю, прыгает он на меня, оборачивается волком. Я нырнул и тоже волком обернулся. Да, Скай - Уруки, управление ветром, смена пола и превращение в волка. А я Урумия половинчатый, Хагас. Через атаки и поцелуи копирую силы. Поэтому у нас получилось то самое недоразумение. Попросили поцеловать его, поцеловал и скопировал все его возможности. Подрались волки. А что такое волчица против матерого волка, который всю жизнь в боях? Вот и я свалил ее, укусила она меня за ухо. Где вот сейчас у меня серьга, - Хаттори продемонстрировал обыкновенное кольцо, - к сожалению, как выглядели волки, Джун показать не дам, но сам могу легко продемонстрировать, - убийца встал, отошел немного от стола. Миг и вместо Хаттори на Императора нагло смотрела морда меченного волка. Дав Аяме время ознакомиться, Хаттори стал собой и вернулся за стол, - Вдруг прибежала Шунки и попросила нас стать собой. И лежали мы на снегу... Я сам собой разумеется, а вместо бандита лежала скромненькая девушка, которую я еще тогда в Торране упустил. Выяснилось, что мы это мы. И обнялись, понятно было, что мы друг друга полюбили. Вот и направившись в клан Урутай, женились. При таких чувствах надо закреплять брак, надо.
Очередная чарка была опустошена, - Любовь любовью, но деньги на пропитание нужны были. А Вы искали Ская. Урутай уже был отписан Куто. Я привез этого бандита, делал вид, что крайне груб, а на самом деле ну очень нежно обращался. Пришел к Вам, поругался, получил по башке диадемой. И выехал. Приехал на Кокурейджин, там вместе с разбойниками выкрали Ская и вдвоем с ним свалили в Урутай. Спешили, туда уже приехали делегаты из Куто. Но мы уже придумали целый план. Сделали вид, что Окину похоронили. И чтобы не рисковать мирными урутайцами, несогласных приглашали в Куто гостить. Мы всем кланом сделали вид, что заправляет всеми делами Хотару, - на переносице загорелся знак и вместо мужчины сидела девушка с выразительными глазами, серьгой в одном ухе, шухером на голове и в большеватой одежде, - ну Хотару забрали в Куто, - девушка стала собой, - но в Сайро на императора в чем мать родила напал парень, хотел уже зарезать. Накаго чуть не прикончил на месте Ская, но я, плюнув на свое достоинство, на коленях вымолила мужа, да и Химицу, дочь вождя клана Кан, помогла мне. Уступили Ская. В Куто он загремел в темницу, я в гарем. Каждый день я к Скаю бегал, каждый день. Но в один вечер спал барьер, когда мы не могли пользоваться силами. Я выкрал Ская из темницы, запер вместо нее в камере начальника стражи, он, кстати, проглотил ключ, сонный разбойник на руках у меня стал собой, подлатал я ее быстро. И в гарем, делали вид, что это приехавшая из Хоккана сестра. Но бедная Джун умудрилась в один день упасть на Императора без сознания. Лекарь и порадовал, что она в положении. Поздравил Императора с отцовством, но мы то прекрасно знали, что это мой ребенок. Лицо Юки надо было видеть, он хотел меня уже допросить, но не вышло. Наклюкался с горя. Это заметила и Марико, сестра Юки. Отравительница та еще, достойная дочь Судзуран, но не палится. Ну и с радости та стала травить всех в гареме, всех хокканок. Я то обладаю иммунитетом к ядам, а остальные нет. Да еще стража в гареме была озабочена, каждую ночь была нацелена насиловать девушек. Ну что я делал? Днем смотрела за всеми, ночами не спала, тоже караулила эту стражу. В гареме было опасно оставаться, пришлось собрать всех хокканок и свалить. И мы рассеялись по всему Хоккану. Я был вне закона, как Вы понимаете. Не хотелось подставлять Урутай, вот и мы с Джун на Кокурейджин, где она и оставалась атаманшей. Я подрядился в ее помощники. Но Якимару сразу узнал, он еще в Урутае приторговывал детишками. Я следил за ним, но не мог все время караулить. Никто не доверял ему. Но случилась облава. Так и нас сцапали. Ее в темницу, меня тоже в темницу. Но солдаты меня узнали, ладили неплохо. Спросили меня о моем желании. Я попросил лекаря для Джун. А дальше история известна Вам.
Хаттори завершил рассказ и посмотрел внимательно на Аяме:
- Такая вот занимательная история. Шунки замужем за братом Катсу Казуки, Джун там, но я точно знаю, что она в порядке. Сила позволяет проверить ее. А вот Вы в порядке? - прямой взгляд на Императора.

0

18

Аяме слушал наемника и хмурился. Но молчал. Не перебивал, желая узнать историю до конца. Что скрывать, холодок не раз пробежал по его спине, пока он слушал рассказы бывшего начальника стражи дворца. Было много поводов, чтобы вновь вскипеть гневом, вновь стукнуть кулаком по столу и затеять если не драку, то новые аресты и мщения. Но что было, то прошло. Сейчас, как бы нибыло это странно, Аяме мыслил настоящим. Жизнь, украсившая его виски сединой, все-таки многому его научила. Как бы ни хотелось сей момент вскочить в седло и с катаной нак перевес повести Хоккан на войну, как бы горячее сердце не требовало битвы и мести, император сдержал себя от поспешных решений и действий. Он лишь прикрыл глаза ладонью, по окончании рассказа наемника, вновь и вновь переживая ужасы, произошедшие с дочерью. И его небыло рядом, не его заботливые руки успокаивали и утешали ее, не его меч защищал ее.. Аяме молча дослушал рассказ наемника, приподняв бровь осмотрел волка, но не промолвил ни слова. Новый шок постиг его при вести о том, что дочь несет на себе знак хранителя Гэнбу. И не абы кого, а своего прародителя. Но наверное все так и должно было быть. Император поднялся из-за стола и, пройдя мимо наемника, положил руку тому на плечо:
- Спасибо. Что был рядом с нею. - тихо проговорил император и отошел к окну. Над Хокканом вновь шел снег. Как и много лет назад, как и многие столетия назад. Но мало что изменилось на севере за все прошедшие годы. Горцы все также гордо несли свою историю и честь, все также хоккан населяли племена, все также хоккан раздирали распри династий, все также ошибался во многом правитель.. Аяме выискал вдали  огни особняков рода Тегиру. Да, помимо нынешней аккупации Куто, еще и они поднимали головы, интригуя год от года, добираясь к престолу. И Аяме был вынужден большую часть внимания уделять этим распрям, дабы удержать престол, дабы не допустить внутреннего раскола. Возможно, не будь этой негласной междоусобицы, он был бы более внимателен в вопросах мира с Куто. Но, что теперь рассуждать, когда дело сделано. Теперь нужно было искать выходов, искать спасения стране, чтобы народ и дочь могли жить в мире и процветании. Император облокотился локтем на косяк окна, размышляя. Возможно приход жрицы многое бы решил. Стоп. Ведь Хаттори что-то говорил о хранителях! Аяме стремительно развернулся и вернулся к столу:
- Хаттори, ты можешь подробнее рассказать о каждом из хранителей, кого знаешь и как их отыскать? - Аяме уже позабыл кипучий гнев и упрямую гордыню, охваченый новой идеей, вдруг уловивший пусть пока призрачный, но способ к спасению. - Хоккан сейчас сам знаешь, в каком положении.. - Аяме нехотелось думать о том, что Джун тоже придется участвовать во всей этой истории. Но, возможно, если они отыщут всех и жрицу, дочь не постигнут ужасы войны, все можно будет решить гораздо более мирным путем..

0

19

Мама, мама! Смотри! Смотри-смотри! первый цветок! Ма-ама! Смотри-смотри! - маленькие ладошки принцессы хлопали, а глазенки были полны восторга, глядя на маленькое чудо, вдруг появившееся в дворцовом саду. Первый цветок весны, какже поздно приходит весна в эти края, но тем ценнее ее появление, тем дороже каждый лепесточек, каждая капля зеленого на белом снегу.. Девчушка радовалась, искренне, с чистой наивностью, которая присуща лишь детям.
-И правда, Джун, это действительно чудо! - императрица, не взирая на слуг и стражу, присела рядом с дочерью, разглядывая этот символ молодой жизни и не решаясь каснуться лепестков, настолько хрупкими они казались в царящем вокруг снегу.
-Давай покажем папе? - и, не дожидаясь согласия матери, Джун уже умчалась в сторону императорских покоев, ловко минуя стражу и пробравшись под ногами у советников на четвереньках. Те едва дара речи не лишились, а девчушка уже была по ту сторону двери и пыжилась закрыть массивную дверь, чтобы ей не помешали. Но детские ручонки были еще слишком слабы, чтобы справиться с такой махиной. Но Джун не сдавалась, с упрямством упираясь ногами в пол. И, о чудо! Дверь вдруг поддалась и с легкостью захлопнулась. джун отряхнула ручонки и развернулась, намереваясь отыскать отца. но он уже был здесь, стоял за спиной и улыбался. Конечно, маленькая проказница немогла видеть, что дверь была захлопнута отцовской рукой, да она и не задумалась об этом. Он, все еще захваченая идеей, запрыгала вокруг отца:
-Пап, па, пойдем! Пойдем в сад! Там первый цветок! Ну пойдем же! - Джун тянула императора за штанину, нарушая все дворцовые обычаи и правила, весь регламент и прочее. Но отец лишь засмеялся, подхватив дочь наруки и усадив себе на плечи:
-Указывай дорогу! - весело предложил он. На полпути к саду они встретились с императрицей. Мать Джун лишь головой покачала, но вскоре улыбалась вновь. А спустя еще несколько минут, семейство в полном составе любовалось первым цветком и смеялось..

Из-под пушистых ресниц скатилась слеза, оставив на щеке длинную дорожку, за ней еще одна и еще. Лекарь, корпевший над девушкой и, уже отчаявшийся привести ее в чувства, недоуменно смотрел в лицо пациентке. Она не пришла в себя, но и из беспамятства явно вернулась. Старый врач вздохнул с некоторым облегчением. Морщинистая ладонь легла на лоб Джун и ласково прошлась по волосам, но слезы продолжали бежать. Джун вновь переживала события минувших дней, день за днем, лица, лица родных, друзей, знакомых, врагов, кружились, рассказывая каждый о своем горе или несчастье, о своей жизни, о том, что она и так знала, но теперь она видела это все по-другому, возвращавшаяся потихоньку память порождала все новые подробности. Часы шли, наконец джун вновь увидела протянутые к ней руки отца и боль, написаную на его лице, когда она отшатнулась от него..
-Папа.. - прошептали пересохшие губы, а из глаз снова текли слезы. Горло перехватило болью, более она не могла прошептать ничего, не смогла выдавить из себя и слова, просто слезы по щекам текли градом. Атаман бы сказал, что Скай совсем в девушку превратился, если бы увидел. Каков парадокс судьбы.. Скай вздохнула чуть глубже, подавляя рыдания, рвущиеся наружу, как вдруг произошло нечто, заставившее ее вмиг позабыть про слезы. Джун замерла, все еще не видя ни лекаря, ни расставленных вокруг баночек и склянок (она бы горько усмехнулась, глядя на них, если бы не была в состоянии шока - уже не в первый раз она попадает в руки врачей, это словно рок, преследовало ее в последнее время). Девушка приложила ладошку к уже заметно округлившемуся животику, прислушиваясь к себе. Может быть показалось? Минута, две.. Джун едваслышно вскрикнула, втянув ртом воздух. Кто-то там, внутри, видимо уставший терпеть ее рыдания и переживания, решил наконец заявить о себе. Девушка подняла рассеяные глаза на лекаря. Она уже узнала его, но сейчас ей было не до приветственных слов. Она снова лишилась дара речи. Девушка так и смотрела на врача, держась за живот. А кто-то там внутри снова шевельнулся. На бледное личико бывшей разбойницы легла улыбка:
-Хатт.. Хаттори! - сначала шепотом и запнувшись, затем во весь голос позвала она, зная, чувствуя, что он должен быть где-то рядом - Хаттори!!..

0

20

Император внезапно поднялся и положил теплую ладонь на плечо Хаттори, поблагодарив его за то, что убийца был рядом с ней. Юноша не ответил, прикрыв глаза. Он действовал так по велению сердца, по любви, а не ради "спасибо". Джун... Четыре звука, а сколько музыки гор там сплелось! Сейдзуки посмотрел на свою руку, огрубевшую в боях, и сжал ее. Сколько раз в этой ладони испуганной бабочкой билась жизнь женушки?
Нет... Не понять Императору нашей привольной разбойничьей жизни... Не понять. Внезапно все случилось, но это даже к лучшему. Позади беготня по горам, риск быть схваченным в темницу. Все позади. Теперь более спокойная жизнь во дворце. Может, более утомительная, но энергию можно направить в нужное Северу русло.
Бывший арестант поднял лицо, и Аяме спросил:
- Хаттори, ты можешь подробнее рассказать о каждом из хранителей, кого знаешь и как их отыскать?
Последовала пауза. Этого вопроса следовало ожидать, но все же удалось застигнуть врасплох.
- Двое уже рядом. Еще один - Джомей Тоётоми, западный Хоккан, клан Урутай. Урумия-Тэгу, - Хаттори промолчал, - я с ним сам свяжусь, быстрее будет. С остальными сложнее. К сожалению, люди - не столбы, где оставишь, там и найдешь их. Поэтому кого знаем, найдем по запаху. Но займусь этим я, Джун напрягаться нельзя, - до слуха Хагаса донесся зов Джун. Мужчина поднялся:
- Простите, Джун меня зовет, - один белый глаз посмотрел на дверь, другой глаз покраснел. На губы легла улыбка:
- Малыши в животе не спят, играют. Поэтому составлю им компанию, - убийцу ветром сдуло.
В соседней комнате рядом с Джун оказался Хаттори, но на кровать не садился. Он положил руку на головку жены, а другая рука легла на живот. Губы осветились теплой, доброй улыбкой:
- Как ты, Джун?

0

21

Аяме внимательно слушал наемника. Может быть ранее он бы и возмутился тому, что рядом с дочерью так близко теперь самый известный в мире убийца, но, переосмыслив за прошедшие годы многое, Аяме научился зрить в корень, не судить о людях и делах поверхностно. Хоть время от времени эмоции все еще могли взять верх над разумом, но дожив до таких седин он все же стал более рассудителен, чем в юности, когда вообще не терпел критики и любого слова поперек сказаного. Раз дочь сделала свой выбор.. Он не будет тому препятствовать. Но что делать с престолонаследием? Сколько интриг и возмущений придется пережить. Среди горных кланов Хаттори имел большой авторитет и они будут беспрекословно на его стороне. Но жители городов, как и жители противоположной окраины Хоккана, так хорошо его незнали и имели мнение такоеже, как и жители соседних империй, его именем даже детей пугали в городах - "не будешь есть кашу, придет Мусасси!", "Не будешь слушаться, Мусасси заберет тебя!". От этого уже было никуда не уйти. Но, оставалась надежда на то, что без ремней на лице будет проще забыть о подобном прошлом. Также наруку играло то обстоятельство, что Хаттори был хранителем. Аяме вздохнул. Может быть сейчас было и рано думать об этом, но правитель должен был думать далеко вперед.
- Двое уже рядом. Еще один - Джомей Тоётоми, западный Хоккан, клан Урутай. Урумия-Тэгу, я с ним сам свяжусь, быстрее будет. С остальными сложнее. К сожалению, люди - не столбы, где оставишь, там и найдешь их. Поэтому кого знаем, найдем по запаху. Но займусь этим я, Джун напрягаться нельзя.
Аяме нахмурился. Ему совершенно ненравился тот факт, что Джун оказалась хранителем. Это конечно было вполне закономерно, народ наверняка возрадуется этому. Но почему его дочь?.. Мало того, что они были разлучены так рано, после встречи, посли стольких лет, прожитых в горе, спокойствия всеравно небудет.. Теперь переживать он будет вдвое, если не больше..
- Надо собирать всех. Хаттори, ты сможешь собрать их здесь? Нам нужно, помимо военной подготовки, поднять дух нашего народа. - Аяме помолчал. Он понимал, что причиной морального упадка северян был он сам. Но, что было, то было, теперь он должен сделать все, чтобы исправить все, что натворил.
- Хаттори!!..
Аяме резко развернулся на крик. Джун, его девочка, она пришла в себя!
- Простите, Джун меня зовет, малыши в животе не спят, играют. Поэтому составлю им компанию.
- Иди.. Иди к ней. - Аяме с трудом сдержал себя, чтобы не метнуться следом за наемником. В подобной ситуации он был бы третьим лишним. Император прошелся по комнате, нервничая и переживая не меньше, чем когда ожидал вестей от лекарей, когда мать Джун была в ожидании. Аяме подошел к гобелену с изображением императрицы и каснулся его пальцами.
- Вот видишь, любимая.. Все образумилось.. Не дождалась ты.. - мужчина смахнул капельку соленой влаги, внезапно набежавшей на глаза. - Скоро вновь эти стены огласят детские голоса.. - Аяме отлично понимал, что до этого еще нужно многое сделать, но он готов был взяться за это.

0

22

Старый лекарь, кинувшийся было к внезапно пришедшей в себя пациентке, остановился рядом и улыбнулся, поняв, что именно заставило девушку подскочить на кровать. Но Джун не замечала его присутствия, охваченная новым волнением. Если до сего момента она не вполне понимала свое положение, то сейчас все представилось настолько ярко, что аж слезы на глаза наворачивались. Принцесса положила ладошку на живот, прислушиваясь к собственным ощущениям.
- Как ты, Джун?
Глазенки Джун в этот момент светились счастьем. Девушка прижалась головкой к мужниной груди, положив ладошку поверх его руки.
- Хорошо, кажется. - тут последовал еще один пинок изнутри, заставивший девушку вздрогнуть. Это было так непривычно.. Хокканка глубоко вздохнула. Вскоре в животе по-новой наступил мир и покой. Джун взяла широкую ладонь мужа в свои ручки. - А.. как я здесь оказалась?? - Джун оглянулась по сторонам, слушая, что скажет муж, по мере его рассказа восстанавливая в головке все, что произошло. но вместе с этим, в мысли примешивался и сон и воспоминания, еще более далекие, чем нынешние события, вновь всплывали между ушками. Глазки Джун вдруг округлились и онв друг крепко сжала ладонь мужа. - Хаттори.. Я.. Я вспомнила.. Папа.. - девушка вдруг заозиралась, продолжая стискивать мужнину руку.
- Ваше высочество, вам нужно больше отдыхать и постарайтесь не нервничать так. Малышу это не пойдет на пользу. - старый лекарь, все это время бывший здесь, каким-то чудом успел приготовить какую-то настойку. Чуда тут конечно небыло, просто Джун незаметила ни его, ни времени. Лекарь протянул пиалу девушке. - Выпейте, ваше высочество. А его величество подойдет к вам чуть позже.
Джун протянула подрагивающую ладошку за пиалой, но в руках удержать несумела. Тонкая фарфоровая пиала покатилась по дорогому ковру императорского покоя. Джун машинально подскочила, по привычке желая подхватить чашечку. До руки лекаря и мужа практически одновременно ее  остановили. Лекарь заставил девушку лечь обратно на кровать.
- Оставьте, я приготовлю еще.
Джун снова вцепилась в руку Хаттори, незная, как посмотреть ему в глаза, зная его отношение к императору. Что ей теперь делать? Как быть, когда она вспомнила все? Она любила мужа до потери сознания. Но сердечко щемило. Ведь отца она тоже любила, пусть и непомнила о нем многие годы. Девушка прижалась лбом к ладони Хаттори, зажмурив глаза, ища слова, что сказать. А главное - как сказать?

0

23

Хаттори улыбался. Настолько все теперь чудесно. Скитания для Джун кончились. Она нашла дом, более того, отеческий дом. Что обеспечивало ей моральный устой. Что есть немаловажно в ее интересном положении. Глаз привычно покраснел... И парень заулыбался:
- Дорогая.... - ментально ей была передана картинка, как двое будущих малышей, как они друг друга за ручку держались. Конечно, все было видно на уровне тонюсеньких кровеносных сосудиков, но не это ли прелесть? Видеть это чудное мгновенье... И тогда бывший начальник дворцовой стражи прижал к себе девушку, погладив по спинке. Пока кто-то не заявил о себе в ее животе, что задело и Хаттори. Глаза округлились, как будто у него в животе кто-то пнул, затем парень быстро нашелся и засмеялся:
- Бывает... Наши мальчики растут резвые, - не задумался о присутствии лекаря, который бы непременно задал вопрос, а откуда это знает счастливый папаша. А вот так. Сейчас не было никаких хранителей, никаких войн, здесь была только счастливая семья. Вдруг Джун заозиралась, начала что-то искать. Хаттори вслушался в ее слова и улыбнулся:
- А, твой отец... Все хорошо, мы с ним уже поладили, - мужчина зарылся носом в волосы жены, погладив по шейке и спинке. Но на самом деле было много вопросов. Да, Джун будет королевой, будет счастливой матерью двух мальчиков. А какова у него судьба? Хаттори надеялся, что его реабилитируют из положения вне закона. Но побегать придется первое время точно. Пока отменят положение вне закона, пока до всех эта весть дойдет, пока... Много воды утечет. А на балконе падали снежинки, как обычно. Которые падали во все времена существования Хоккана. И что еще увидят эти снежинки?
И кивнул головой Джун, понимая что та хочет теперь нормально пообщаться с отцом, открыл дверь с позволения медика:
- Аяме-хейка, - негромко позвал Хаттори императора, дав понять, что Джун хочет пообщаться. И тихо спросил у него, пока тот проходил мимо:
- Где я могу привести себя в порядок? - выразительно показал на остатки кандалов на руках, они были достаточно крепкие, что и женские руки вытащить нельзя было.

0